Повелительница волн  - Дженнифер Доннелли

– Сюда, пожалуйста, ваши высочества, – с улыбкой произнесла Анна.

Серафина и Нила последовали за ней. Они миновали ведущие в канал двери, через которые попали в дом герцога, и поплыли дальше по полутемному коридору.

Косматые водоросли покрывали подводные стены древнего палаццо. На потолке яркими тревожными пятнами горели мясистые оранжевые морские звезды и синие шипастые морские ежи. Пол усеивали трубчатые морские губки, их раздутые пальцы слегка касались хвостов проплывавших над ними русалочек. Яркий свет факела, который держала Анна, напугал извивающихся немертин^[26] и крошечных, похожих на мешочки сальп^[27], и те быстро попрятались в щели и трещины. Морские лилии и восьмилучевые кораллы – существа, у которых есть рот и нет глаз, – потянулись к проплывающим мимо русалкам, среагировав на движение.

Серафина так вымоталась, что, кажется, могла бы заснуть прямо на полу. Желудок ее был полон, но разум затуманился, а избитое тело ныло.

– Что, если герцог прав? – спросила она Нилу. – Вдруг нам только кажется, будто мы видели один и тот же сон?

– Не знаю, Серафина. Я так устала, что ничего не соображаю. Мы это выясним позже. Сейчас мы живы, в безопасности, и пока этого достаточно.

– Если вам что-нибудь понадобится, то моя комната прямо по коридору, – сказала Анна, открывая дверь в комнату Серафины. – Хищники тоже рядом, так что спите спокойно. Принцесса Нила, ваши покои вот здесь, напротив.

Серафина поблагодарила Анну и крепко обняла Нилу. На какое-то время русалочки замерли, не желая отпускать друг друга.

– Я люблю тебя, подружка, – наконец проговорила Серафина. – Я ни за что не смогла бы добраться сюда, если бы не ты.

– Я тоже тебя люблю, – сказала Нила.

Серафина вплыла в отведенную ей комнату и закрыла дверь. Кровать под балдахином, вырезанная из желтого янтаря и выстланная синими актиниями, так и манила. Пышная растительность словно приглашала прилечь, и принцесса еле сдержалась, чтобы не плюхнуться на ложе со всего маху. Сначала она хотела найти грот и хорошенько соскрести с себя грязь. Проплывая через комнату, она мельком глянула на стены, покрашенные цветными чернилами кальмара, позолоченные рабочий стол и стул из бамбука, высокое зеркало в углу и синее платье из морского шелка, висящее на вешалке. На столе рядом с платьем лежала записка, в которой говорилось, что платье предназначается ей, Серафине. Подумать только, какой герцог предусмотрительный.

В дальнем конце комнаты обнаружилась дверь, ведущая в грот. Серафина проплыла в нее. Стены грота покрывала мозаика, выдержанная в цветах океана, на крючке висел халат цвета слоновой кости, на мраморном столике стояли баночки с песком, которым можно оттереть тело и чешую. Серафина увидела черный песок с пляжей Гавайев, белый с Бора-Бора и розовый с Сейшельских островов. После всего, через что она прошла, большего и желать нельзя: наконец-то она хорошенько ототрет себя песком и наденет мягкий халат.

Она уже хотела раздеться, как вдруг ее внимание привлекло какое-то движение в зеркале. Принцесса посмотрела в него и увидела, что из глубины смотрит кто-то очень похожий на нее, но ужасно изможденный. Витрина, подумала было принцесса, но, подплыв ближе осознала, что это ее отражение.

На левой скуле наливался фиолетово-черный синяк – работа Трао, волосы в полном беспорядке, некогда прекрасное платье превратилось в заляпанные кровью лохмотья, кожа и чешуя покрыты грязью. При виде крови она задрожала. Одно за другим на нее обрушились воспоминания. Стрела в груди матери, идущее ко дну тело отца. Атакующие дворец драконы. Трао. Умирающий стражник. Таласса, поющая свое последнее заклинание. Русалка-беженка с ребенком на руках.